?

Log in

No account? Create an account

June 11th, 2014

По ягоду

Пригласили нас с Сашкой когда-то давно в Якутске в поход. По ягоду. Прибыть на причал в шесть утра. Одеться соответственно. Вёдра выдадут. Нам, если по-честному, и ягода эта совсем не нужна, что нам с ней делать – но уж больно человек уважаемый пригласил, главный якутский речной флотоводец, почитай что вице-адмирал, если по шевронам на мундире.

Подъехали утром в порт к его разъездному «Восходу», ждём остальных участников похода. И тут раз: одна чёрная «Волга» мужика высаживает; вторая подкатывает, затем третья, четвёртая… Ну ничего себе, думаем, занесло нас в компанию! И действительно, компания оказалась неплохая: кроме нашего адмирала и его друга, тоже речного адмирала, ещё военный генерал, из обкома пара невнятных деятелей, главный чекистский генерал с адъютантом-майором. Этим, видно, по службе положено парами ездить, стучать друг на друга. Ну и команда судна человек семь с поварихой. Все, правда, кроме капитана «Восхода», не в форме, одеты по-таёжному, ведь по ягоду едем…

А ходу, хоть и быстрая штука «Восход», до ягодного места часа четыре. Мчится он, разгоняет воду крыльями, гремит своей тысячей лошадиных сил, даже в иллюминатор неинтересно смотреть – мелькает всё. Что ж, надо начало похода отметить, а то удачи не будет! Открыли холодильник: там уже всё готово, запотело, ну и салатики-колбаски всякие, заботливо приготовленные поварихой, ждут такую уважаемую компанию.

Распаковали генералы и свои припасы: у кого муксун солёный, у кого осетрина, у кого колбаса оленья вяленая, у кого омуль малосольный, да и огурчики-помидорчики ещё утром по теплицам висели. А уж когда чекист копчёного дикого гуся предъявил, так и потекли слюнки. А запах… Мировой закусон!

Начали отмечать. И так хорошо пошло! Судно мчится, берега мелькают, закуска отменная, компания интересная. Так четыре часа незаметно и пролетели.

Приплыли. Военный генерал, как самый пожилой, уже спит. Но чекист и адмиралы ещё держатся, а адъютанту-майору вообще по должности и званию не положено перед начальством утомление показывать.

Сгрузились на берег, команда развела костёр, начали уху варить и шашлыки жарить. Ну, под такое дело грех ещё по рюмочке не выпить – иначе удачи не будет.

Часа через два взяли вёдра, пошли в тайгу. Только смотрю, генералы наши отяжелели, не очень хорошо ходят, небыстро: но это и понятно, люди немолодые, а кругом кочки какие-то, бурелом. Да и мы с майором, хоть и в самом боевом возрасте ребята, тоже как-то не слишком уверенно передвигаемся, слабовато нас ноги слушаются. И ягод нет: явно прошёл кто-то до нас по заветному месту, подсобрал всё комбайном. Так, отдельная морошка попадается, а брусники – считай, что и нету.

Вернулись к костру. Приняли ещё по рюмочке с горя. И тут адъютант и говорит: «Товарищ генерал! Что так сидеть? Давайте, хоть из пистолета постреляем!». Расставили бутылки на разных дистанциях – этого добра у нас уже немало накопилось – принёс майор коробку патронов, достал из кобуры свой «Макаров»…

Его-то генерал хоть одну бутылку разбил, которая поближе; а у остальных вообще ничего не получается – мажем и мажем!

– «Кривой у тебя, майор, пистолет! Мушка сбита!», говорит военный генерал.

– «Как это кривой? Вон, товарищ генерал, и табличка на рукоятке – за победу в соревнованиях! Наградной, по спецзаказу!».

Тут, смотрю, и чекистский генерал на военного обиделся:

– «Да ты что, Валерий Иваныч! У меня адъютант – чемпион по стрельбе всех управлений за Уралом, я его и в Омск, и во Владик на соревнования посылал. Мастер спорта он! Не то, что твоё пэвэо! Ваши и в слона не попадут!».

– «Ну, пусть покажет! А нам пистолетики ваши дурацкие и не нужны! Мы больше ракетой, ракетой!».

Взял майор пистолет: бум-бум-бум, только стёкла полетели, как в кино про ковбоев и храброго вождя Чингачгука Большого Змея. Нет, правда здорово он стрелял!

«Ладно!», говорит военный генерал: «Доказал! Заслужил рюмочку! А с ягодой-то что делать будем? Я к своей Светлане Петровне без ягоды не могу возвращаться, она уже и сахар закупила, ждёт меня варенье варить».

Тут в дело вступил наш адмирал, говорит капитану судна: «Так, Семёныч, обеспечь! И побыстрей!». Спустили матросы моторку, поплыл Семёныч на другой берег в якутский посёлок, купил там вёдер семь ягоды. Есть добыча! Не зря был поход организован!

Дело к вечеру, надо и в Якутск возвращаться. Поплыли. Песни хором поём: и всё такие жалостливые, про дикие степи Забайкалья и горькую казацкую долю.

Вдруг, смотрим, адъютант встрепенулся, переменился в лице, начал себя ощупывать: «Товарищ генерал! Надо вернуться… Я, похоже, ствол потерял…». И глаза такие, как у больной собаки.

– «Куда вернуться? Меня супруга ожидает! Завтра на моторке вернёшься!».

– «А если найдёт до меня кто?».

– «А найдёт, у меня в кабинете в понедельник это дело решать будем! И жене скажи, пусть новые погоны покупает, с одним просветом – ты теперь, считай, не майор, а опять капитан. И в Чокурдах служить поедешь: мне адъютанта-капитана несолидно иметь!».

Совсем майор грустный стал, аж протрезвел полностью. Сидит, мается, переживает, песен не поёт. Тут военный генерал лезет в холодильник и изумляется: «А мы что, всё выпили что ли? Это как?». И точно, пустой холодильник, а ведь под завязку забит был…

Оживился майор, хоть какая от него польза: «Товарищ генерал! У меня где-то пакет был, я из дома несколько пузырей для заначки прихватил. Я сейчас… я сейчас…».

Шарит под сиденьем, достаёт оттуда пластиковый пакет. Вынимает оттуда бутылку… вторую… третью… пистолет… обойму… Смотрит ошарашенно и с надрывом: «Ох, я и урод… Полный урод! Я же его специально туда спрятал! Чтоб не потерять!».

Чекистский генерал поглядел на него одобрительно и говорит: «Ты, конечно, полный дурак! Но службу знаешь. Молодец, заботишься о личном оружии! Даже разрядил. Надо бы отметить находку!».

Так мы весь обратный путь это дело, да и другие разные дела, и отмечали, тосты произносили: за удачную поездку, за каждого из генералов-адмиралов, за обком, за каждую из супруг, за нас, московских гостей, за найденный чудесным образом пистолет, за спасённые майорские погоны, за ягоду…

Вернулись, а на причале уже в ряд чёрные «Волги» выстроены, ждут начальство с ягодой. Ведь по делу начальство в тот субботний день в поход собралось, не просто отдохнуть, а по ягоду…

promo hydrok september 19, 2016 19:25 7
Buy for 20 tokens
Было это ещё в те годы, когда мысль о борьбе с пьянством и алкоголизмом ни в одну из поражённых клинически необратимой старческо-коммунистической деменцией голов членов Политбюро ЦК КПСС ещё не пришла. Работали мы тогда в посёлке Тазовский: освоение Нового Уренгоя и прочая бравурная из телевизора…


        Уж и не помню, почему в нашем дачном посёлке в тот год на въезде поставили круглосуточную вооружённую милицейскую охрану? Точно, что не против деревенских хулиганов, к нам откуда хочешь зайдёшь, как дрались мы с ними всю жизнь, так и в тот год…

То ли одного нашего дачевладельца министром назначили?… то ли другой перешёл из просто спичрайтера (тогда и слова такого не было!) в главные экономические советники дорогого Леонида Ильича?… то ли в тот год дачу снимала дочка академика Сахарова, и он туда пару раз заезжал?… не, не скажу, разные версии были… но в тот день дежурил милицейский сержант Лёха.

А я как раз на время взял бензопилу «Дружба» на работе. Сосна упала на соседнем участке, попилить её на дрова надо. Но не заводится пила! Поехали к телефону-автомату, совета у моего начальника-Гришки попросить, как её заводить? А автомат рядом с милицейским постом, а Лёхе скучно, ничего не происходит: «Поехали! Я по пилам большой специалист! Заведу!». Мы и поехали…

И, будете смеяться, завёл таки пилу милицейский сержант Лёха! Дёргал сильно и на газ особо не жал… И помог сосну попилить. И выпили мы малость сухонького после этого, аж три бутылки нам хозяин сосны на большую компанию пильщиков, человек нас десять было к этому моменту, поставил.

И потянуло нас на подвиги: а что, нам же по двадцать лет! Знаете, как в этом возрасте на подвиги тянет?

- «Лёх, а покажи пистолет?»

- «На, посмотри!», но обойму вынул, проверил и ствол…

- «А давай постреляем?»

- «Патроны считанные! Под расписку!»

- «А я от дедушкиного пачку нашёл. А пистолет наградной, как адмиралу, сдала бабка. Вдруг подойдут?».

И подошли! Классно было, пошли на обрыв реки, где точно ни в кого не попадёшь, и расстреляли всю пачку… А сержант Лёха руководил… и показывал своё милицейское умение и правильные траектории.

Вернулись. И тут Лёха вспомнил про милицейский долг и охрану Советского Союза от академика Сахарова, который, собственно, и не дал победить этот Союз ненавистной Америке.

Фигли там говорить… трижды Герой! Такие только ещё два были секретные академика, которые бомбу придумали… и Сахаров.  Курчатов ещё, Туполев. Ну и Лёня Ильич, но тот и сам, наверное, к этому времени уже запутался, каких у него звёзд Героя больше - Союза или Труда…

Надо и на службу в милицейскую будку… И вдруг раз, хватается Лёха за кобуру – нет пистолета! Потерял, дурак!

Чуть не плачет: «Ребят, ну найдите! У меня мама старенькая в Иваново, а тут и общежитие, и зарплата хорошая! И девушка у меня, Тоня, есть в Звенигороде! Я жениться хочу! Закрепиться! Найдите, как людей умоляю!».

Мы ж не сволочи… Растянулись цепью, час искали. Нашли в высокой траве!

А то вы не знаете, что в те годы бывало милиционерам за потерю табельного оружия… Нехорошо бывало! Вплоть до колонии или химии!

А у Лёхи теперь, по слухам, в Истре автосервис… И вполне, говорят, неплохой…

Калашников

Поплыли мы со студентом в дальнюю протоку расход воды измерять… Работа такая потому что, интересует нас этот расход воды. Заехали в эту протоку, чуть винт не срубили, мелко там. И вдруг вижу: стоит «Казанка» брошенная. Людей нет. И лежат в этой «Казанке» несколько мешков окровавленных, автомат «Калашников», и к нему запасной рожок… А людей нет. И саньковая это лодка, точно знаю.

Огляделся. А это ж тундра. Ну да, трава по берегам высокая, а так – ну тундра! Нет людей! И посёлок тридцать километров отсюда, здесь только Санёк с подельниками браконьерит и мы расходы воды наблюдаем и измеряем…

Думаю: «Вот и Санька, наконец, грохнули…». Почему так подумал, и не знаю – видимо, Санёк давно на это нарывался, ему уже человек пятьсот смерти желали, многим он насолил, из них мужиками бы с трёмистами я бы ни при каких обстоятельствах так конфликтовать бы не стал. Опасно это! Омерзительный человек этот Санёк был!

И, чёрт дёрнул, прибрал я этот автомат. Отвёз его в другое секретное место, припрятал. Лодку помыли, мешки выкинули…

Всё чисто! И Бог мне Судия!

А приезжаем через неделю в посёлок: идут мне навстречу по мосткам Санёк и его дружбан, прапорщик с погранзаставы. «Как дела, Димон?», говорят: «А ты нам калашников-то притырь, казённый он!».

- «Что за байда, пацаны? Какой калашников?».

- «А тот, что ты у нас в лодке взял и заныкал!».

- «Так не было там никого!».

- «А мы в траве лежали с Петровичем. Всё видели! Мы с Петровичем тогда трёх колхозных оленей положили, которых все искали, думали, что вы рыбнадзор. Вот и попрятались».

- «Сука ты, Санёк! Сейчас не сезон, а уж колхозных… И тебя, Петрович, предупреждаю, если что… Ты моих друзей знаешь, и начальник твой капитан - мой друг… А автомат завтра привезу и отдам».

- «Смотри, падаль, не привезёшь, мы знаем, где ты шаришься! Думаешь, тебе поможет твоя ракетница или горизонталка, Димон? А друзья далеко… У нас и второй калаш есть…».

Ведь знали, подонки, что у меня карабина нет! Да и пулять я исподтишка не буду. Привёз я им автомат. Он, безусловно, казённый, пограничный… Не мой точно!

Впрочем, через месяц не стало Санька. За борт он случайно выпал. Утонул. А не хрена пьяным на нефтянке к капитановой жене в каюту врываться и её пытаться насиловать! Утонул – так утонул. Особо и не расследовал никто этот рядовой для нашей реки случай. Особенно по поводу Санька. Частенько у нас народ нетрезвым тонет!

Впрочем, и Петровича солдат-первогодок пристрелил той же осенью на заставе. Сильно он его, видать, достал. А солдату дал справку местный психиатр-Валера, неплохой врач был, дескать временное у того помутнение было, и в тюрьму его ну никак за это нельзя, а надо полечить месяца три на материке в госпитале. И домой комиссовать. Потому что там, тогда и слов таких никто не знал кроме врачей, присутствовали со стороны прапорщика нетрадиционные домогательства. А оно кому при советской власти, да на награждённой переходящим ленинским вымпелом погранзаставе, такое надо?

Не из того ли калашникова он Петровича? Зря я его им отдал! Хотя, за такое можно было бы и вилкой! Тут калашников, вроде, и не нужен особо?

Надо сказать, что по этой парочке ни один человек и не горевал вовсе.

А я, так даже рад был!

Легче всем дышать стало… а у нас, на якутской полноводной реке Яне, так всегда легко всем дышится!

Видимо, климат такой. И люди ему, как правило, соответствуют…

Latest Month

August 2019
S M T W T F S
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031

Tags

Powered by LiveJournal.com
Designed by Keri Maijala