May 23rd, 2018

Одна из историй про Леонидыча

Мой коллега и старший друг геодезист Леонидыч всем, кто с ним сталкивался, хорошо известен, причём исключительно с положительной стороны. Много про него есть историй, ряд из которых ранее описан и мной.

Сам же он делился удивительными историями и мемуарами из своей полной приключений жизни весьма неохотно, и только его близкие друзья в курсе, что свою трудовую топографо-геодезическую деятельность Леонидыч начал в семнадцать лет студентом геодезического техникума: тогда на первой производственной практике где-то в Коми ему доверили руководить полевой партией в пятьдесят человек. А чтоб прикомандированные работники (а среди них были не только политические, но и уголовники) неукоснительно выполняли его мудрые топографические указания, в помощь ему в триангуляционных хлопотах были приданы пять вохровцев-автоматчиков с собаками, с тех пор он немецких овчарок и недолюбливал.

И совсем мало кто знает, что свой долг Родине Леонидыч отдал в чине сержанта в Венгрии в 1956 году, причём его рассказы про эту службу абсолютно не совпадали как с генеральной исторической линией партии и правительства, так и с некими весьма туманными представлениями о тогдашних событиях в некогда хортистской, а тогда уже братской социалистической стране, либеральной общественности.

Еле он, командир продуктовой машины с тушёнкой, спасся тогда, удирая с водителем от восставших венгерских демократов по дорогам, где почти на каждом дереве висел живописно выпотрошенный (у кого уши и нос отрезаны и глаза выколоты, а у кого и кишки на радость собакам до земли свисали) юный советский солдатик. Сейчас мало кто знает, что в войну был целый ряд приказов командования относиться гуманно даже к пленным бойцам дивизий и зондеркоманд СС, а вот приказов брать живыми венгров не было, а была негласная традиция в плен их не брать, а уничтожать сдавшихся на месте или при этапировании, уж больно прославлены венгерские нацисты были своими зверствами. Но вспоминать про такое при развитом социализме, да и сейчас, категорически не рекомендовалось.

Обижен был тогда сержант Саша, ещё не Леонидыч, командованием: несколько человек из его роты были награждены орденами и медалями (посмертно), а ему даже какой медальки за спасение грузовика и тушёнки тогда не вышло, хоть живому государственная награда в те времена и была намного полезней, чем мёртвому.

Посчитал я, что общий трудовой стаж Леонидыча составляет 65 лет, при этом носило его от Нигерии и Афганистана до Певека и Кушки, но по большей части всё же по разнообразным арктическим богом забытым местам, где за благообразную внешность, седую бороду и мастерские владения теодолитом и самогонным аппаратом местные аборигены сходу давали ему уважительную кличку «профессор».

Делали мы в очередной раз промеры бара реки Яны. А как это там делалось тогда, когда спутниковой навигации ещё не изобрели: на мелководном взморье специально для этих работ в качестве твёрдых опорных геодезических точек было затоплено несколько набитых для тяжести камнями и всяким железом барж и судов, на одно из них высаживали Леонидыча с прибором, мы на катере или лодке с эхолотом промеряли глубины, он нас прибором засекал – вот тебе и карта для проводки судов северного завоза!

И был это чуть ли не первый год, когда нам не приходилось для связи махать флагами в разных сочетаниях, а выдали нам портативные болгарские судовые рации. Всё в них было хорошо, очень полезное для нас изобретение! Стационарные судовые нам хорошо слышно, нас на судах слышно, но вот между собой связь в зависимости от условий прохождения волн не очень: от километра до трёх, маловата у них мощность! Особо если низко в лодке прямо у воды сидишь, с возвышения несколько подальше тебя слышно. Заплыли мы в боковую баровую бороздину, работаем, вдруг по рации прерывающийся помехами встревоженный голос Леонидыча:

- Лодка, лодка, вас не вижу! Лодка, лодка, вас не слышу! Вы где, уроды? Где вы, отзовитесь!

Мы пытаемся с ним связаться – но далеко, не слышит он нас! Вдруг рация оживает и сочным таким баритоном:

- Это ещё что такое? Я четверть века на флоте, пятнадцать лет капитаном – первый раз слышу, чтоб наш пароход лодкой обзывали! Ты не хами, и что ты там вообще посреди моря делаешь, придурок? Тебя спасать?

Мы оторопели, это ещё кто и откуда? Взял я бинокль, привстал в лодке: вот фигура Леонидыча рядом с треногой посреди моря высится – а вокруг ничего и нет, да и некому и неоткуда, кроме нас, там взяться! Повёл биноклем по горизонту: ага, а это что такое? Километрах в семи от нас на глубинах стоит первый пришедший к нам на речку с грузом белый «Сибирский», ждёт нашей карты и лоцманской проводки: действительно, трудно пароход длиной сто тридцать метров и водоизмещением четыре тысячи тонн с лодкой перепутать и так его обозвать! И больше вокруг никого: лодка наша, мелкая точка, полностью для всех с волнами сливается.

Леонидыч явно обиделся и отвечает ему:

- А я сорок лет на воде работаю и первый раз вижу, чтобы всякие пацаны моей работе мешали! Подрасти пока, фулюган, и не мешай людям работать! А будешь мешать – так и будешь за гребнем бара на якоре торчать!

В эфире наступила тишина. А когда путейцы обозначили по нашей карте судовой ход и этот «Сибирский» пришёл в Нижнеянск, его капитан немедленно захотел познакомиться с этим удивительным, встреченным им посреди моря, человеком, с которым они так плодотворно поругались в эфире.

Отлично под спиртяшку и свежие огурцы с парохода и нашу копчёную нельму мы тогда с их комсоставом вечерком посидели! В первый раз, но не в последний! А капитан их вообще уж совсем сильно Леонидыча в тот день зауважал, напрочь тот его перепил и даже помог своему новому молодому другу дойти до его капитанской каюты!

К чему я этот случай вдруг вспомнил?
Покинул нас вчера Александр Леонидович, наш Леонидыч.
Навсегда покинул.

С концами ушёл, как говорят на флоте.

promo hydrok april 18, 2018 11:29 16
Buy for 20 tokens
Настолько нам надоела в тот сентябрь эта картошка, хоть на комбайне работай, хоть на ручном подборе, что мы уже были согласны абсолютно на всё, лишь бы этого корнеплода не видеть! Так что когда утром приехал на газике какой-то местный бригадир и сказал, что ему нужно три бойца на силосную яму при…