Category: здоровье

Category was added automatically. Read all entries about "здоровье".

Правила внутреннего распорядка - 2

Правилами внутреннего распорядка нашей больницы пациентов положено кормить. Но не очень сытно и вкусно, чтобы быстрей им домой захотелось, совершенно от этой еды выздоровев.
А по выходным дням, когда не работают грузовые лифты и сложно тележки возить, иногда больных кормить забывают. Но тогда к их услугам есть больничный магазин: уж не знаю, кто там хозяин - сын главврача или дочь директора - но на товары из Магнита там принято приклеивать ценники из Азбуки Вкуса, ибо других магазинов нет.
Но у нас же кругом средний класс, сказал президент, так что на эти 17 тыщ среднеклассового месячного дохода даже сильно больной человек дня три с этим магазином протянет, а дальше его можно выписывать, поскольку денег у него уже нет и он от этих ценников уже совсем совершенно выздоравливает.
Вот благодаря таким мудрым Правилам и расцвела так необыкновенно медицина на страх нашим врагам в столице Великой и Могучей Нашей Державы!
promo hydrok november 11, 2018 17:43 Leave a comment
Buy for 20 tokens
В стародавние советские времена наша экспедиция сменила речку, и опять из одной заполярной помойки мы спецрейсами перебросили свой нехитрый, но весьма объёмный, одних лодок пять штук, бутор, в похожую другую. Только собаки там немного иначе выглядели, менее лохматые, но зато часть – не с…

Дас карантинен, шайзе!

Амаде мио, аморе мио...

Девушки в карантин не снимают косметику. Они о ней мечтают и сдирают её мужними пассатижами.

Девушки в карантин не думают о дистанции в два метра от своего любимого мужчины - и напрасно, девушки, вы об этом не думаете!

Вот уж от кого... хотя, и не факт абсолютно, тут - только терпеть и плакать! Но это уже лирика...

Амада мио, карантин шайзе, факин шит, твою ж мать, амада мио, аморе мио....

По заветам баскаков Бату-хана

Минимальный размер оплаты труда в России сейчас составляет 12 130 рублей.

Половина пенсий значительно ниже этой цифры.

И вот представим, что кончилась у тебя на карантине эта минимальная зарплата (которую тебе сейчас не платят к тому же) или пенсия (которую пока  платят) и ты на полчасика в предутренние часы незаконно и злодейски вышел из своих однокомнатных хором, где вас проживает пятеро, не считая кота и рыбок, малость вдохнуть кислорода и подхарчеваться к помойным бакам ближайшего магазина.

А тут тебя раз - и Росгвардия геройски арестовала, выписали тебе автоматически штраф! Размер этого штрафа? Так Госдума его размер взвешенно и мудро определила: для граждан (если ты незаразный) - от 15 до 40 тысяч рублей. А если заразный, тут лучше этот размер и не знать - ещё и твои внуки его платить до конца своих дней по частям будут, коли с голодухи выживут! Ну, или казённые харчи до 7 лет тебе обеспечены, что в данном случае ты ещё и за счастье посчитаешь.

Вот за кого я абсолютно спокоен, так это за депутатов Госдумы: с их зарплатой (а им сейчас и хорошие надбавки положат за героический труд) хоть каждую ночь на помойку подкормиться ходи, а доход потянуть ежедневные штрафы всё равно позволит, да и ещё подкопить на Куршавель или новый Майбах после карантина получится!

Ромео в карантине, брат!

Сцена вторая

Келья брата Лоренцо.
Входит брат Джованни.
Брат Джованни
Брат во святом Франциске! Здравствуй, брат.
Входит брат Лоренцо.
Брат Лоренцо
Ах, это брат Джованни. Ты вернулся?
Что говорит Ромео? Может быть,
Есть от него из Мантуи записка?
Брат Джованни
Я в путь с собой хотел монаха взять,
Ухаживающего за больными.
Когда я был у брата, нашу дверь
Замкнули сторожа из карантина,
Решив, что мы из дома, где чума,
И не пускали, наложив печати.
Я в Мантую никак не мог попасть.
Брат Лоренцо
А кто ж отвез мое письмо к Ромео?
Брат Джованни
Я никому не мог его отдать,
Так велика была боязнь заразы.
Возьми его обратно. Вот оно.
Брат Лоренцо
Какое горе! Дело-то не шутка.
Письмо имело очень важный смысл.
Задержка этих строк грозит несчастьем.
Поди достань-ка мне железный лом
И возвращайся с ним, Джованни, в келью.
Брат Джованни
Сейчас схожу.
Уходит.
Брат Лоренцо
Придется одному
К гробнице мне: С минуты на минуту
Джульетта может встать и не простит,
Что я еще не известил Ромео.
Но я ему еще раз напишу.
А в промежутке узнице гробницы
Позволю в келье у себя укрыться.
Уходит.
Нет повести печальнее на свете, чем повесть та про карантины эти!

Краткость - сестра таланта

В.П. Боткину,
с. Спасское, 17 мая 1856 г.

...............................................................
А между тем я здесь ничего не делаю - à la lettre ничего. Видно такова судьба моя, чтобы ничего не дать в "Русский вестник". Ем ужасно (что я масла истребляю, уму непостижимо!). Сплю очень хорошо - читаю историю Греции Грота - и, поверишь ли, мысли - так называемой творческой (хотя между нами сказать,; это слово непозволительно дерзко - кто осмелится сказать не в шутку,; что он - творец!?), одним словом, никакого сочинения в голове не имеется. Я начал было одну главу следующими (столь новыми) словами: "В один прекрасный день" - потом вымарал "прекрасный" - потом вымарал "один" - потом вымарал всё и написал крупными буквами: ЁБАНА мать! да на том и покончил. Но я думаю, "Русский вестник" этим не удовлетворится. Вот третий день, как погода поправилась - а то черт знает что за мокрые кислые тряпки висели на небе! Графиню я видел - она не совсем здорова.

Душа моя, обнимаю тебя - и всех друзей из Петербурга. Будьте все здоровы и веселы - а я остаюсь навсегда

твой

Ив. Тургенев.

P. S. Напиши мне хоть несколько строчек - да кстати - не знаешь ли ты, отправил ли дядя Петр Николаевич ко мне моего человека? Его до сих пор нету.

Дурная примета

Что-то поразительное в тот год по берегам нашей реки стало твориться! Сначала поюжней фантастически расплодились зайцы: хоть с камнями на них охоться! Ладно, отплыли посеверней и поселились на полярной станции: там зайцам жить и размножаться вроде не положено, холодно там для них!

Но и тех краёв немыслимые буйства природы в тот год достигли. Сначала пошли грибы... не сказать, чтоб в этих местах грибов никто не видел, но вот чтоб так? Просто лесотундры не стало: сплошной покров грибов, их здесь "оленьи" зовут, вроде моховиков, а из ковра грибов торчат уже лиственницы. И так на десятки, а то и сотни километров, куда ни кинь взгляд. Их даже и собирать неинтересно: сел на корточки и срезал вокруг себя сколько надо сразу за дизельной: а червивых грибов в наших широтах не бывает практически, можно и косой - только подбирать потом лень.

Ладно, собрали мы чуть-чуть этих грибов: ну максимум с тонну, а куда их? Нажарили, насолили, намариновали на зиму - так ёмкости кончились! Хорошо ещё, пяток пищевых пластиковых столитровых бочек у нас было - но и те кончились, да и не съесть столько за зиму даже всей станцией.

И тут удача: прошёл с моря ветерок, и все эти грибы за пару ночей крепко приморозило - всё, можно не собирать! Отошли грибы! Мы уж обрадовались - и тут новая напасть, пошла ягода...

А ягоды вокруг станции растёт два вида: голубика и морошка. Вы когда-нибудь видели, чтобы насколько хватает взора вся тундра синяя была с редкими вкраплениями жёлтых пятнышек? А мы видели!

Сплошным ковром эта голубика вдаль уходит, а по границам мерзлотных полигонов и морошки навалом, бери комбайн и собирай! Особо обрадовался этому природному феномену мой коллега Леонидыч, большой он любитель голубики оказался! Только вот в ведро он её ненавидел собирать - а собирал прямо в рот. Отходил он от станции метров на пятьдесят, подстилал под задницу бушлат - и объедал вокруг себя полянку, на сколько длина рук позволяла. Потом делал марш-бросок метра в три, вновь подстилал плащ - и опять в синем ковре образовывалась проплешина. После трёх-четырёх таких перемещений в пространстве Леонидыч, потяжелев килограмм на десять, шёл на станцию отдыхать, а отдохнув вновь брался за своё. И так, не соврать, неделю: одно непонятно, ни диатеза у человека, ни отравления витаминами не было - может потому, что он эту неделю ничего кроме голубики вообще не ел и у него так в организме метаболизм особо устроен? Врать не хочу, не знаю... но сожрал он за эту неделю голубики килограмм двести, не меньше! А уж почки на всю жизнь промыл, так часто приходилось ему при такой диете ширинку расстёгивать...

Но пора нам вниз по речке на наши совсем севера двигать, там такого нету. Затеяли отвальную, пригласили на неё и нескольких местных эвенских и якутских друзей из соседнего с поляркой посёлка. Разговорились и про феноменальное буйство природы текущего года, тут нам Афоня и сказал:

- Ээээ... нехолосо это! Плохой плимета! Тавно такой кот не было! Тетушка мне лассказывал, последний лаз такой кот солоковой был - а слетующий кот война начался! Кокта глиб и якота столько - всекта потом война или ливалюция бывает, так тетушка мне говолил!

Улыбнулись мы над этой приметой: ну какая война? Разоружение взаимное сейчас у нас, встреча в Рейкьявике, ограничение ракет средней и малой дальности - врёт местная примета!

А на следующий год вспомнили дедушкины слова: началась уже капитально рушиться советская власть и, то в одном месте, то в другом, начались потихонечку кровавые разборки в дружной семье братских советских народов. Так что...

Знаю, что с тех пор таких сверхобильных годов на той речке не наблюдалось: но получается, что цикличность этого явления составляет лет эдак 30-40. Так что я бы на месте Совета Безопасности и Администрации Президента забросил бы все не столь важные дела, а пристально мониторил бы нашу речку: а как там этим летом обстоят дела с зайцами, грибами и ягодами? Не случилось бы, как утверждают местные народные приметы, потом чего нехорошего...

Следующий

Попал Л.И. Брежнев в ад. Встречают его черти:

- Добро пожаловать, дорогой Леонид Ильич, давно вас ждём! Мы тут с товарищами посовещались: вы же видный деятель партии, знаменитый полководец, гениальный писатель - так что можете выбирать себе муки по вашему вкусу!

Идут по аду. Кого-то на сковородке поджаривают. Брежнев:

- Нет, я так не хочу!

Идут дальше. Кого в кипящем масле варят, кого клещами рвут. Брежнев:

- Нет, так я тоже не хочу!

Идут дальше и видят: лучший друг его товарищ Эрих Хоннекер с коммунистическим энтузиазмом натягивает Мэрилин Монро. Та стонет, визжит, извивается. Брежнев:

- Вот так хочу!

- Как скажете, дорогой Леонид Ильич! Но придётся чуток подождать: эти муки мы специально для Мэрилин Монро придумали. Но вы будете следующий!

Анекдот тех лет

В десятом классе нас начали активно готовить в защитники Родины. Надо нас приписать поскорей к военкомату, а перед этим – медкомиссия. Пригнали на это мероприятие весь мужской состав двух параллельных классов. Каждый врач (а их туча) отнимает по две-три минуты. И вот последний перед консилиумом – психиатр.

Первым, как всегда, пошёл Андрюха. Через минуту выходит из кабинета.

- Ну что, Андрюха, ты не псих?

- Да нет, вроде годен. Только странная там какая-то старуха сидит. Вопросы странные задаёт: не снятся ли мне голые мужчины, не писаюсь ли я в постель? Я эти намёки гневно отрицал и вот – годен! Да, она сказала: «Следующий!».

Пошёл Мишка. Выходит.

- Достала меня эта бабка! Скажи ей да скажи, что в постели писаешься! Ничего, дескать, стыдного здесь нет и скрывать тут нечего! Но я ей не стал про себя врать! Сказал ей, дуре: сам я не писаюсь, но вот есть у нас в классе такой Арсен…

Потом Витька пошёл. Потом Вовка. Настал и мой черёд. Там старушка восьмидесятилетняя:

- Ты как себя вообще чувствуешь? Родители не алкоголики? Шизофрении в семье не было? Мужчины голые ночью не снятся? Энурезом не страдаешь?

- На все вопросы – нет! А вот последнее – это что?

- Ну, в постель не писаешь по ночам?

- Я – нет! Но вот есть у нас в классе такой Арсен…помню, на экскурсию мы с классом ездили, а там койки двухярусные: так положили его сдуру сверху, каждую ночь потоп! Пришлось ему внизу на голой сетке спать – все матрасы мокрые!

- Да, я про него уже от многих слышала… иди, годен! Скажи – следующий!

Выхожу. А тут как раз Арсен, как всегда последним, объявился, он следующий. Заходит в кабинет, а мы с ребятами присели на лавочку, ждём друга. Интересно же!

Арсена нет три минуты… пять… десять… пятнадцать. Из-за двери кабинета до нас доносятся по нарастающей его вопли. Вдруг с грохотом дверь распахивается и с криком «Ведьма сумасшедшая!» вылетает Арсен. Он багрового цвета и его трясёт. Мы участливо:

- Арсюш, что такое?

- Да там сумасшедшая! Шизофреничка старая! Пристала ко мне: «Признайся, что в постель писаешь! Это со многими бывает! Мы тебя вылечим!». Но со мной-то, твою мать, этого не бывает! Всю душу вымотала, как есть ведьма!

- И что написала? Дай почитать!

В обходном листе напротив психиатра было написано примерно так: «Подтверждённый одноклассниками энурез. Отрицает, склонен к патологической лжи. Психически неуравновешен, необъяснимые приступы ярости. Годен условно. Требуется психиатрическое обследование в стационаре».

Не поступил в тот год Арсен в институт. Осенний призыв он пересидел на обследовании в институте Ганнушкина. Весенний тоже как-то откосил по здоровью. Неужели наша дружеская шуточка помогла?

А насчёт его здоровья: разошлись наши пути и встретил я Арсена только лет через семь, да и то случайно в метро. Поболтали, кто где. В Институте Медико-Биологических Проблем он тогда работал. Испытателем космических летательных аппаратов. Как раз из очередного двухмесячного пребывания в капсуле-имитаторе «Союза» его выпустили. А там платили тогда за это – мама не горюй! Ну и отбор в такие, конечно, абсолютно чумовой был по здоровью и психике. Похвастался мне, что новый жигуль-шаху по космическому спецталону без очереди будет покупать. А свой сильно подержанный жигуль отдаст брату – так что этот будет уже следующий!



Вот и соответствующая песенка для моего школьного друга, позже космического испытателя, Арсена:



Вот как пишут культурным девушкам!

А мы, господа... ну просто неприлично себя вели и ведём... раз потанцевал и...




1                                                                            Минск, 3 Августа 1889.

Дорогая Соня!

Если бы не Ваши именины - я бы Вам не писал. Помните, сколько раз я говорил Вам, что напишу только ответ на Ваше письмо, первый писать не буду. Вы можете сказать, что это каприз с моей стороны, можете даже сказать что я мелочен и т.д., но я все-таки остаюсь при моём убеждении, т.е. что писать первым должны были Вы, а не я. Если Вы скажете, что это мелочь, и что на мелочь внимания обращать не надо, то я Вам отвечу, что человек должен быть логичным и последовательным не только в крупных вещах, но и в мелочах. А что касается первого пункта обвинения, т.е. что это каприз, то я Вам сейчас докажу, что это не каприз а убеждение. Это моё убеждение формулируется так: уезжающий должен писать остающемуся. Мотивирую я это следующим образом: тот, кто остаётся, не имеет никакого материала для первого письма, потому что делиться с уехавшим другом старыми впечатлениями нечего, а новых, на первое время, нет. Уехавший же имеет о чём писать, он постоянно воспринимает новые, свежие впечатления, которыми он должен поделиться со своими друзьями. Вот Вы, напр., уехали. Находитесь теперь на новом месте, знакомитесь с новыми людьми, образ жизни ведёте совершенно другой, вообще весь строй Вашей жизни переменился, а я, считающийся Вашим другом и имеющий право знать о том, что Вы делаете, как живёте, нахожусь в полном неведении насчёт всего этого, - и по Вашей милости! У меня ничего нового нет, я веду теперь такую же жизнь, какую я вёл месяц тому назад, поэтому мне Вам писать нечего, а Вы живёте другой жизнью и Вы можете её описать, Вот почему у меня сложилось убеждение, а не каприз, что Вы должны мне написать первою. Если же Вы не хотите писать, то я из этого могу сделать два вывода, одинаково печальные, Во-первых, я могу предположить, что Вы просто не хотите со мной переписываться, не хотите иметь дело со мной, во-вторых, что Вы собственно и написали бы, да не пишете потому, что не прилично, дескать, барышне писать первой молодому человеку. Первый вывод очень печален для меня, потому что …. Я даже не могу говорить об этом, - надеюсь, что это невозможно; а второй вывод очень плохо рекомендует Вас в том смысле, что Вы не отделались еще от великосветских предрассудков, что Вы сидите по горло в том болоте великосветских приличий, имя которому – bon ton.

Итак, Вы видите, Соня, что это не мелочь и не каприз, а святое убеждение, которое я готов отстаивать. Я глубоко огорчён тем, что когда убеждение у Вас должно перейти из области «слова» в область «дела» - эти две области расходятся. На словах Вы отвергаете бонтонность, а на деле… крепко придерживаетесь её…. Впрочем, это только предположения… Рассейте их - и спасибо скажу великое, потому что мне хотелось бы видеть Вас хорошей, честной, умной, развитой, убеждённой, доброй – и каждый Ваш поступок, противоречащий этому, поражает меня больно, очень больно…

Пожелаю Вам теперь, ко дню Вашего рождения, твёрдо и неуклонно идти по пути к достижению идеала человека с большей энергией и с меньшей тратой сил. Пожелаю Вам здоровья, спокойствия, не буржуазного, опошляющего, а олимпийского, возвышающего. Пожелаю Вам ещё того редкого счастья, счастья видеть осуществлёнными свои заветные мечты и идеалы, которое редко выпадает на долю человека…

О себе лично мне Вам нечего писать. Живу по-старому, с той только разницей, что занимаюсь теперь делами отца, уехавшего за границу, и что теперь больше скучаю и больше читаю, чем при Вас.

Пишите, Соня, пишите, что Вы поделываете, как время проводите, ведь я теперь совершенно оторван от Вас; сам я, как Вам известно, от Вас писем не получаю, а Женя мне Ваших писем не показывает, за исключением тех строчек, которые заключают поклоны знакомых. Пишите на адрес Ратнера для меня, или же на адрес моего отца (Мордуху Г для Якова) всё равно лишь бы Вы писали.

Будьте здоровы, счастливы

И в счастье не забывайте Вашего

Искренне преданного Вам друга

                              Яков

P.S. Что пишет Вам мамаша? Поедете в Ялту или нет?

     Поклон Вашим тёте и дяде.

Письмо к дочери

6 / 7 1921

Моя дорогая милая Поличка!

Муля мне напомнил, что завтра день твоего рождения. По этому случаю поздравляю тебя сердечно и желаю всего (нечитаемо).

Грустно мне стало, думая о тебе… Я часто о тебе думаю, моя дорогая. Думаю и плачу о твоей судьбе. Лучшие, неоценимые, лучезарные и солнечные годы жизни, заря молодости, когда крепнет сознание, просыпаются силы и формируется индивидуальность, когда надо жить, не думая, и думать бодро и самоуверенно, когда надо веселиться, наслаждаться, даже безумствовать и делать глупости, любить, ненавидеть, глубоко чувствовать и дико фантазировать, одним словом, время молодости, золотой и бодрой, ты проводишь в тяжёлом труде, нищенской обстановке, недосыпании, скуке и преждевременно возложенных на тебя обязанностях…

Такая вышла полоса.

Ничего не поделаешь, надо терпеливо ждать лучших времён.

Но мне больно за тебя, мне грустно, даже чувствую себя виноватым за то, что вызвал тебя к жизни в такую неудачную эпоху.

Но я крепко надеюсь, что заря новой жизни скоро взойдёт, невзгоды переходного времени будут скоро изжиты и ты вступишь в эту новую жизнь со всем пылом молодости и вознаградишь себя за последние 7 лет мытарств.

Это моё пожелание, пожелание награды за лишения, я шлю тебе ко дню рождения.

Крепко обнимаю и целую тебя, моя дорогая, бесценная деточка.

Твой папа

Примечание правнука: Дальше, насколько я знаю, в её жизни всё стало ещё хуже. Я её прекрасно помню: очень хороший человек была Поля, старшая сестра моей бабушки!