?

Log in

No account? Create an account

Entries by category: образование

Какой-то очередной малограмотный губернатор выступил с инициативой сделать всероссийским праздником День Стояния на Угре. Весьма своевременно в многонациональном государстве! Избиения Москвой Новгорода и Твери ещё были... тоже праздники!

Всё бы ничего: только стояние это - довольно позорная страница русской истории и добром оно не кончилось. Как платили дань Крымскому Ханству, так и продолжали ещё долго платить.

Но раз так - ждём инициативу от татар, башкир, калмыков, бурят, якутов и прочих наследников войска Чингисхана, чтобы у стен Кремля напротив памятника Владимиру Святому был водружён памятник последнему законному владетелю Руси из чингизидов Великому Князю и Государю Всея Руси, Великому Князю Тверскому, Хану Касимовскому и Царевичу Астраханскому, Султану Ногайской Орды, герою Ливонских походов и победителю недружественных нам ливонцев, немцев и ляхов Симеону (Саит-Булату) Бекбулатовичу.

Вот тады пущай! Особо если выходной ещё сделать в этот день... тогда мы все полностью за!

promo hydrok september 19, 2016 19:25 7
Buy for 20 tokens
Было это ещё в те годы, когда мысль о борьбе с пьянством и алкоголизмом ни в одну из поражённых клинически необратимой старческо-коммунистической деменцией голов членов Политбюро ЦК КПСС ещё не пришла. Работали мы тогда в посёлке Тазовский: освоение Нового Уренгоя и прочая бравурная из телевизора…

Науки юношей питают

«Что касается демонстрации, в Конституции каждый имеет право выражать свою точку зрения… Я бы считал, что здесь надо быть очень аккуратным»,— сказал ректор МГУ на пресс-конференции в МИА «Россия сегодня». При этом господин Садовничий отметил, что главное для студента — учиться, для того чтобы «стать хорошим специалистом» и корректно «отстаивать свою точку зрения, если этого требуют его убеждения».

В январе 1911 года вышли циркуляры министра просвещения Л. А. Кассо «О надзоре за учащимися высших учебных заведений», «О временном недопущении публичных и частных студенческих заведений» и другие, фактически уничтожавшие университетскую автономию: они запрещали проведение студенческих собраний и возлагали, по сути, полицейские функции на университетскую администрацию. Как писала газета «Русские ведомости» от 29 января (11 февраля) 1911 г., в ответ на эти циркуляры 28 января (10 февраля) на экстренном заседании совета Московского университета ректор А. А. Мануйлов представил совету доклад о создавшемся в университете положении и заявил, что при таких условиях он не видит возможности нести на себе обязанности ректора и подаёт прошение об отставке. Такие же заявления были сделаны помощником ректора М. А. Мензбиром и проректором П. А. Минаковым. Совет признал, что при создавшемся положении выборная университетская администрация не может нести возложенные на неё обязанности. 2 (15) февраля в «Правительственном вестнике» появился указ, согласно которому Мануйлов, Мензбир и Минаков увольнялись от должности.

3 (16) февраля 1911 года подали прошение об отставке университетские профессора В. И. Вернадский, Н. А. Умов, В. А. Хвостов, С. А. Чаплыгин, Г. Ф. Шершеневич, Д. М. Петрушевский, А. А. Эйхенвальд, И. П. Алексинский, Ф. Ф. Кокошкин, А. А. Кизеветтер; приват-доценты: В. И. Сыромятников, П. Н. Сакулин, В. И. Полянский, Г. В. Вульф, Н. В. Давыдов, А. Э. Вормс, Н. К. Кольцов, Б.А Кистяковский, Н. Н. Шапошников, А. А. Боровой, Г. И. Россолимо, А. В. Цингер, М. Н. Гернет, Д. Ф. Синицын, В. М. Устинов, А. В. Кубицкий, Н. Д. Виноградов («Русские ведомости», 4 февраля). П. И. Новгородцев и С. Н. Булгаков подали прошение на другой день (там же, 5 февраля). В последующие дни в отставку подали профессора К. А. Тимирязев, П. Н. Лебедев (после отставки ими было основано Московское физическое общество), М. М. Новиков, В. П. Сербский, П. П. Лазарев, приват-доценты Н. А. Кабанов, Л. С. Лейбензон.

Всего уволено или подало в отставку около 130 преподавателей и сотрудников Московского университета, в том числе около 30 профессоров и около 80 приват-доцентов (по подсчетам Ю. Ф. Иванова Кассо удовлетворил 131 прошение об отставке). После увольнения из университета в 1911 году многие из числа уволенной профессуры начали преподавать в Московском городском народном университете им. А. Л. Шанявского и на Московских высших женских курсах (МВЖК), а также принимали участие в организованной в виде реакции на дело Кассо новой общественной организации под названием Общество Московского научного института.



Профессора Московского университета, подавшие в отставку в знак протеста против произвола властей.
Сидят: В. П. Сербский, К. А. Тимирязев, Н. А. Умов, П. А. Минаков, А. А. Мануйлов, М. А. Мензбир, А. Б. Фохт, В. Д. Шервинский, В. К. Цераский, Е. Н. Трубецкой;
стоят: И. П. Алексинский, В. К. Рот, Н. Д. Зелинский, П. Н. Лебедев, А. А. Эйхенвальд, Г. Ф. Шершеневич, В. М. Хвостов, А. С. Алексеев, Ф. А. Рейн, Д. М. Петрушевский, Б. К. Млодзеевский, В. И. Вернадский, С. А. Чаплыгин, Н. В. Давыдов


Все, даже абсолютно далёкие от науки люди, знают эти фамилии: институты и больницы их имени, названия проспектов и улиц московских, мировая элита естественных наук, а также ныне в России абсолютных лженаук юриспруденции и философии ...

Я не математик. Но математики мне говорили, что вот что касается работ (да и жизненного пути в целом) математика Виктора Садовничего.... эх, Виктор Антонович, а какой некролог или статью о Вас в Вики Вы могли бы на такой, в целом, мелочи получить?
Но не смогли...



Вот я всегда об этом смутно догадывался, скрывали от нас веками настоящую правду, но боялся об этом прилюдно сказать и власти такой никогда у меня не было, чтобы, наконец, восстановить историческую справедливость и поправить школьные учебники!

Министр образования Хакасии заявила, что «Горе от ума» написал Радищев

Так было

У моего неожиданного "нового дедушки", кто про него читал, была вся грудь в настоящих боевых орденах. В том числе, пара каких-то польских крестов его старенький занафталиненный парадный пиджак на 9-е мая до кучи украшала.

А сейчас посмотришь телевизор, так полностью киселёвыми со скабеевыми ты убеждён, что мы не только против Гитлера воевали, но и против украинцев, французов, канадцев, американцев и - особенно - поляков. Всё жду, когда это мнение отдельных недобитых фашистских тварей и отморозков в школьные учебники попадёт. Но искренне надеюсь - вот такого я, некогда юный почитатель сериала "Четыре танкиста и собака", всё же  не дождусь! Хотя и не исключаю полностью...

А кто не читает школьные учебники и не смотрит Первый Канал - тому вот этот текст, подготовленный моим давним другом и однокашником, сыном боевого офицера той войны, у которого тоже вся грудь была в кровью заслуженных им орденах...

https://warsstories.files.wordpress.com/2019/06/poles_west_rus.pdf?fbclid=IwAR1LuqGxAN2KbjF3-Sr7DRM_i4P-j2pSmL5s0rLujNqx14Gm8nTnlsnG7RY

Майор Любашин

Удивительный человек был командир погранзаставы майор Любашин! Человек явно неплохой, но такой… как бы это повежливей… как прапорщик из армейских анекдотов, хотя и по званию – целый майор.

А познакомились мы с ним так: приехали большой экспедицией на новую для нас арктическую речку. В тот год (редкий случай!) мы стали счастливыми обладателями большой тёплой брандвахты с горячим душем, поэтому набрали кучу студентов, включая девушек. Обрадовался маявшийся от северной скуки майор Любашин прибытию московских гостей и посчитал своим долгом немедленно прочитать нам всем лекцию про тонкости охраны государственной границы в этих богом забытых местах.

Пришли толпой на заставу, разместились в Ленинской комнате. Первая половина лекции была не очень интересная: майор Любашин, спотыкаясь на непонятных ему словах, примерно за час зачитал нам из газеты выступление дорогого Леонида Ильича на каком-то пленуме. Студенты, вижу, совсем пригорюнились: вот, стоило лететь столько тысяч километров за романтикой, чтобы в первый же день вновь узнать поразительные цифры про надои молока и восстановить в памяти безусловно вызывающее гнев поведение особо распоясавшейся в тот год израильской военщины?

Зато вторая половина превзошла все их, даже самые смелые, ожидания… Началась она неожиданно: «Да…» – отложив газету, с грустью в голосе произнёс майор Любашин – «Многовато в последнее время в наших местах шпионов стало. Ну что ж? Будем совместно, с вашей комсомольской помощью, с этим делом бороться!».

С этой минуты аудитория была покорена, все проснулись и начали благоговейно вслушиваться в майорскую речь. А речь становилась всё интересней и интересней: «Вот, у прошлом годе, приехал тут тоже один такой… притворялся, что хочет могилу дедушки найти. А как её найдёшь: тут этих дедушкиных могил – вся река. Сразу он мне подозрительным показался, пришлось его арестовать и обратно отправить. И, вам как молодёжи это интересно, знаете, кем он после проверки оказался?» – «Кем?», с ужасом выдохнули студенты – «Не поверите! Латышом! А латыши – это такие иностранцы навроде жидов, и вечно шпионят!».

Удивив московских студентов столь тонкими знаниями национально-административного устройства Советского Союза, майор назидательно продолжил: «Вот вы, комсомольцы… будете базироваться на самой границе, на берегу моря Лаптевых. И, например, подойдёт к вам в тундре неизвестный человек; и, например, спросит: а как добраться в посёлок?; и, например, покажет карту – а там всё не по-русски; и, например, будет говорить с акцентом…» – «И, например, негр!», перебил его кто-то из непочтительных студентов – «И это тоже свободно может быть! Цэрэу ничем не гнушается… Так я вам поручаю, даю, так сказать, комсомольский наказ как член партии: этого гада немедленно задержать, но сильно не бить, а доставить ко мне на заставу!».

Поражённые столь радужными и неожиданно открывшимися перед ними заманчивыми перспективами, студенты замерли в ожидании дальнейшего. А речь майора, неоднократно ранее обкатанная на бойцах вверенной ему заставы, уверенно текла дальше: «Или, вот, чем цэрэу в последнее время занялось? Посылают, например, к нам шары… И шары эти только с виду для погоды зонды, а к нему привешена коробочка – и оттуда выпадает порнография для растления молодёжи, так сказать… Так что, если где найдёте в тундре порнографию – сами её не смотрите, а немедленно несите мне на заставу, я-то знаю, как с этим бороться! Вопросы есть?» – «Товарищ майор! А вот как узнать, порнография это или нет? Ведь смотреть вы её не разрешили?», спросила одна из любопытных девушек – «А тебе, как комсомолке, вообще стыдно такие слова знать! Вот всё, что найдёте, сразу несите ко мне на заставу…».

Много ещё интересного рассказал майор Любашин в своей лекции. Много он выдал перлов, достойных лучших ораторов древности и современности. Из них мне навечно в память врезались два: почему-то он в этот момент разлюбил своего друга, корреспондента районной газеты, что-то они не поделили... «Я вам не Хемингвей! Свою говёную цену эти шпионы-писатели, не сказать уроды, сами себе знают. Бродят здесь... а полоса-то приграничная» ...и второй, про НАТО, мы и сами в те времена этот агрессивный военный блок не любили и горячо, помню, истинно по-комсомольски, свистом, этот тезис одобрили: «Но я скажу так – хрен им всем сосать, империалистам! Потому что коммунизм – самый вечный».

В-общем, непревзойдённый оказался агитатор и оратор! Студентам лекция очень понравилась, ничего подобного они в своих аудиториях от скучных преподавателей ранее не слышали.

Вновь увидели мы майора Любашина только на следующий год. Базировались мы тогда на самом берегу моря, у выхода на речной бар, в избушке, оставшейся от бывшего когда-то в этом месте лагеря. Вокруг – голая тундра, усеянная плавником и мириадами помятых бочек из-под горючки, уходящая вдаль на тысячи километров аж до Берингова пролива. Совсем, видимо, одурев от скуки, пригнал он к нам баржу с вездеходом, десятком бойцов и разным плотницким инструментом.

Цель этого похода оказалась поразительной: решил майор предугадать подлое нападение Шестого американского флота на руководимую им заставу и построить вдали от неё для целей отражения вероятного противника на морском берегу укрепрайон. Целую неделю бойцы утюжили на вездеходе тундру, подцепляя к нему брёвна и нагружая кузов пустыми бочками. Из всего этого под руководством майора, вооружившегося каким-то истрёпанным древним наставлением по военному инженерному делу, были построены укрепления с ячейками для стрелков. Поскольку в мерзлоте копать нельзя, в качестве ходов сообщения между этими редутами майор, проявив офицерскую смекалку, приспособил бочки с вырезанными днищами.

Чудо как хороши оказались эти укрепления! Глядя на них, любой не совсем тупоумный вражеский агрессор изменил бы свои тщательно выверенные в Пентагоне планы и провёл бы свою эскадру под другим берегом реки, куда из автомата не дострелишь. Но вот беда: в достижимой видимости закончились брёвна. Так что получилась эта оборонительная твердыня не очень длинной, метров двадцать. Пора и домой в посёлок…

В тоскливом ожидании вызванной по рации баржи майор решил свои успехи фортификатора отпраздновать. Утром мы были разбужены автоматными очередями. Подумав «неужели, началось?» и наскоро натянув ватные штаны, побежали посмотреть на боевые действия. Выглядели эти действия так: на брёвнах сидел сильно пьяный майор Любашин с калашом, рядом с ним лежала куча снаряжённых бойцами рожков и запасная цинка с боезапасом; метрах в десяти от героя-пограничника было вывалено ведро тухлой рыбы, привлёкшей своим ароматом тысячи чаек. Вот с ними, этими галдящими мерзкими хищниками, и вёл неравный бой майор. Победой это сражение явно закончиться не могло, поскольку на место каждой застреленной нетвёрдой майорской рукой твари сразу заступал десяток новых. Сильное было зрелище!

И ещё помню один тезис несгибаемого коммуниста-майора: «Вот всё для людей делает советская власть! Но одного она, и не надейтесь, не сможет сделать: никогда у нас не будет в поселковом магазине пива и апельсинов!».

Уже через десяток лет эта, казавшаяся тогда неоспоримой, установка майора была разрушена: сначала не стало советской власти, потом очень скоро появилось в магазине по поражающим воображение ценам немецкое баночное пиво, потом расформировали заставу, потом захирел и почти умер весь посёлок.

Где сейчас майор Любашин – не знаю: наверное, как отставной подполковник, заседает на материке в каком-нибудь ветеранском комитете и клянёт Горбачёва с Чубайсом. И не ведает, сколько доставили удовольствия и оставили доброй памяти  редкие и яркие давние встречи с ним некоторым москвичам…

Latest Month

August 2019
S M T W T F S
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031

Tags

Syndicate

RSS Atom
Powered by LiveJournal.com
Designed by Keri Maijala