Category: птицы

Category was added automatically. Read all entries about "птицы".

Занимательная орнитология

Вот, помнится, мы пионерами на уроках труда из дощечек делали скворечники, чтобы птицам было где жить и размножаться.
И некоторые из них, совсем на всю голову, видимо, больные, даже в эти кривые скворечники прилетали!

А вот в бездуховном мире капитала, пишет российская пресса, некоторые птицы и летать-то не могут!

promo hydrok december 18, 2014 02:14 3
Buy for 20 tokens
Был у меня приятель Женя. Нет, он и теперь есть - просто во Франции проживает... Фарцовал он тогда всячески. Идея Жени состояла в том, чтобы слинять из этой советской помойки – а для этого, на первую пору, пока освоишься, надо накопить сколько-то денег в несоветских дензнаках. В принципе, у…

Сорок пар штанов

"А то что же: один в семи комнатах расселился, штанов у него сорок пар, а другой шляется, в сорных ящиках питание ищет…"
Полиграф Полиграфович Шариков

Елизавета II Виндзор обладает множеством привилегий и полномочий. Например, королева владеет всеми лебедями Англии.

Согласно официальному сайту королевской семьи, начиная с 12-го века все лебеди, встречающиеся в открытых водоемах страны, являются собственностью британского монарха. В те времена птица считалась деликатесом даже на королевском столе, а привилегия владеть лебедями даровалась лишь некоторым с разрешения монарха. Помимо королевы право владеть лебедями имеют заповедник Abbotsbury Swannery (с 14-го века), компания красильщиков Dyers и компания виноделов Vinters (с 15-го века). Они сами маркируют своих лебедей.

Следит за птицами Ее Величества Королевский лебединый маркировщик: отслеживает численность популяций, мониторит их здоровье и организует ежегодный пересчет лебедей на Темзе. Специальная команда под его руководством осматривает птиц, взвешивает, измеряет и оказывает помощь больным или раненым лебедям.

Но если бы только лебеди! Закон, принятый в 1324 году, гласит, что собственностью британского монарха также являются все киты, дельфины и осетры Англии.

Аки птицы-чайки

Когда мы первый раз приплыли в Певек с Индигирки на каком-то мелком, тысяч на пять тонн, моряке, то нас пришвартовали рядом с сорокатысячной "Морковкой", при которой мы несолидной лодкой выгдядели, а выделенного нам для работы - промеров Малого Чаунского пролива и вообще южных вод острова Айон - в качестве брандвахты река-море четырёхтысячника "Сибирского" пришлось ждать целые сутки.

Ждём. И тут задул южак. Я всякие ветра по северам видел, но вот южак певекский - впервые. С тазовским южаком, например, даже глупо и сравнивать. Это как слона с утконосом, хотя носы у обоих и длинные.

С парохода даже сойти страшно - сдует нахрен тебя с причала! Но, держась за леера, окружающей погодой любоваться можно. И есть чем полюбоваться!

Нас-то "Морковка" немножко прикрывает, а вот сухогрузу рядом крепко досталось! Вёз он на палубе доски штабелями. Ветром металл на связках этих досок порвало - и взмыли они в небо полетать! Ведь даже шестиметровой доске-пятидесятке иногда хочется в небе полетать как птице-чайке? Романтика же!

И покинули они родные штабеля и связки и взмыли в небо! Первый полёт у них оказался дерзким и неуклюжим: а ты полетай-ка, коли впервые и вес побольше полцентнера? Носятся они беспорядочно в небесах, сшибая пароходные антенны и всякие мелкие надстройки и кабины портальных кранов, сталкиваюся в фигурах высшего пилотажа с треском в небе между собой, а, полетав в небесах минут пять, потом обречённо падают в море.

А с другой стороны: пусть их жизнь и закончилась, но мало кому из пятидесяток, начавших свою жизнь в Коми, посчастливилось свободно попарить в небесах над Северным Ледовитым океаном? Это не каждой материковой обрезной доске в жизни дано! Можно лишь им позавидовать прочим их родственникам брусам, горбылям и вагонкам!

Вот такой на Чукотке бывает в Певеке ветер южак.

А второй раз я попал там же в него в декабре - но это особый рассказ, уже про снег, бензопилы и пустые бочки!

Ни добавить, ни прибавить!

Птицелов

Трудно дело птицелова:
Заучи повадки птичьи,
Помни время перелетов,
Разным посвистом свисти.

Но, шатаясь по дорогам,
Под заборами ночуя,
Дидель весел, Дидель может
Песни петь и птиц ловить.

В бузине, сырой и круглой,
Соловей ударил дудкой,
На сосне звенят синицы,
На березе зяблик бьет.

И вытаскивает Дидель
Из котомки заповедной
Три манка - и каждой птице
Посвящает он манок.

Дунет он в манок бузинный,
И звенит манок бузинный,-
Из бузинного прикрытья
Отвечает соловей.

Дунет он в манок сосновый,
И свистит манок сосновый,-
На сосне в ответ синицы
Рассыпают бубенцы.

И вытаскивает Дидель
Из котомки заповедной
Самый легкий, самый звонкий
Свой березовый манок.

Он лады проверит нежно,
Щель певучую продует,-
Громким голосом береза
Под дыханьем запоет.

И, заслышав этот голос,
Голос дерева и птицы,
На березе придорожной
Зяблик загремит в ответ.

За проселочной дорогой,
Где затих тележный грохот,
Над прудом, покрытым ряской,
Дидель сети разложил.

И пред ним, зеленый снизу,
Голубой и синий сверху,
Мир встает огромной птицей,
Свищет, щелкает, звенит.

Так идет веселый Дидель
С палкой, птицей и котомкой
Через Гарц, поросший лесом,
Вдоль по рейнским берегам.

По Тюринии дубовой,
По Саксонии сосновой,
По Вестфалии бузинной,
По Баварии хмельной.

Марта, Марта, надо ль плакать,
Если Дидель ходит в поле,
Если Дидель свищет птицам
И смеется невзначай?

Эдуард Багрицкий




А сын, надо сказать, мог бы и превзойти отца!
"Ах, война, что ты, подлая, сделала?"

Дорога в жизнь


Почему же этой ночью
Мы идем с тобою рядом?
Звезды в небе - глазом волчьим...
Мы проходим теплым садом.
По степи необозримой,
По дорогам, перепутьям...
Мимо дома, мимо дыма
Узнаю по звездам путь я.
Мимо речки под горою,
Через южный влажный ветер...
Я да ты, да мы с тобою.
Ты да я с тобой на свете.
Мимо пруда, мимо сосен,
По кустам, через кусты,
Мимо лета, через осень,
Через поздние цветы...
Мы идем с тобою рядом...
Как же вышло? Как поймешь?
Я остановлюсь. Присяду.
Ты по-прежнему идешь.
Мимо фабрики далекой,
Мимо птицы на шесте,
Мимо девушки высокой -
Отражения в воде...

1938
Всеволод Багрицкий